|
Колесо времени |
|
Магические пассы |
|
Особая реальность |
|
Сила безмолвия |
|
Учение дона Хуана |
|
Дар Орла, часть
1, 2,
3 |
|
Искусство
Сновидения, часть 1,
часть 2 |
Огонь изнутри,
часть 1,
2 |
Путешествие в Икстлан
часть 1,
часть 2 |
Сказка о силе
часть 1,
часть 2 |
Второе кольцо силы
часть 1,
часть 2 |
Разговоры с доном Хуаном
часть 1,
часть 2 |
|
Парадокс Ренуара |
Интересные ресурсы:
|
|
Учение дона Хуана
Бессмертие в той или иной форме в ранних работах Кастанеды не предусмотрено. Здесь
царит беспредельная экзистенциальная печаль, ибо мы неизбежно умрем, ибо смерть всегда с
нами. Она «сидит с нами на одной циновке», слева; при известном умении можно различить,
как она тенью скользит рядом. Карлос, ведя в темноте машину, замечает огни сзади, и дон Хуан
равнодушно говорит, что это смерть нагоняет свою жертву. Она никогда не исчезает — просто
иногда «гасит огни». Смерть, таким образом, понимается вполне вещественно: она, в сущности,
тоже сила, которая стремится отобрать силу жизни у воина. И воин ценит свою смерть,
поскольку именно она заставляет его находиться в постоянной боеготовности, быть
непрерывно безупречным. «Все, к чему прикасается смерть, становится силой». Воин —
человек, а это значит, что он обречен на смерть. Однако, в отличие от простых людей, воин не
боится смерти (поскольку сжился с ее постоянным присутствием) и всегда готов встретить ее
лицом к лицу. Он готов с высоко поднятой головой исполнить «пляску смерти», прежде чем
«слиться с бесконечностью».
Таков высокий трагизм «пути воина», вечное балансирование на канате над пропастью
небытия. И все-таки в этом трагизме не хватает настоящей мудрости. Воин отважен и
непреклонен, в своем намерении он не отступает от намеченной цели — однако ему (если он не
видит) недостает подлинного понимания происходящего. Правда, он интерпретирует все в
терминах «силы», но не знает, что стоит в основе реальности. Для того чтобы этот трагизм не
приводил к глубинам отчаяния, магия силы должна быть уравновешена магией сознания.
Идущему по «пути с сердцем» полезно научиться видеть, хотя бы для того, чтобы понять, что
в этом мире нет никаких абсолютных ценностей: все одинаково и равновелико. «Видение
рассеивает иллюзии победы, поражения и страдания». Далее, «когда человек еы-дит, ему не
нужно быть воином или еще кем-то, он видит вещи такими, каковы они есть, и сообразно этому
направляет свою жизнь». Последнее замечание довольно любопытно, поскольку ставит статус
воина явно ниже статуса видящего: воин не знает действительного положения вещей. Уровень
воина в каком-то смысле служит для очистки сознания от всего ограниченного, неправильного,
мешающего истинному постижению. Когда поле расчищено, наступает стадия видения.
Трагизм смерти перестает иметь значение для видящего . Поскольку видение есть поле
абсолютного неразличения, недвойственности вещей, жизнь здесь ничем не отличается от
смерти. Видящий не борется за свою жизнь; она утрачивает свой целеустремленный характер:
незачем чего-либо добиваться и от чего-то обороняться, если достаточно просто сместить угол
зрения и увидеть. Кастанедовское видение очень напоминает традиционное ясновидение. С
его помощью дон Хуан видит, как юный Карлос расставляет ловушки для поимки белого
сокола или обещает никогда не побеждать из-за травмы маленького мальчика по имени Хоакин.
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
143
144
145
146
|
|
