|
Колесо времени |
|
Магические пассы |
|
Особая реальность |
|
Сила безмолвия |
|
Учение дона Хуана |
|
Дар Орла, часть
1, 2,
3 |
|
Искусство
Сновидения, часть 1,
часть 2 |
Огонь изнутри,
часть 1,
2 |
Путешествие в Икстлан
часть 1,
часть 2 |
Сказка о силе
часть 1,
часть 2 |
Второе кольцо силы
часть 1,
часть 2 |
Разговоры с доном Хуаном
часть 1,
часть 2 |
|
Парадокс Ренуара |
Интересные ресурсы:
|
|
Особая реальность
Конечно, это я сам назвал растения галлюциногенами, а вызываемое ими состояние
сознания — «необычной реальностью». Для дона Хуана растения были проводниками,
открывающими доступ к сверхъестественным «силам». Вызываемые ими состояния он называл
«встречами» с этими «силами».
Пейотль дон Хуан называл «Мескалито» и относился к нему как к доброму наставнику и
защитнику. Мескалито, говорил он, учит «правильной жизни». Пейотль принимают обычно во
время «митоты» — сходки колдунов, на которой они получают урок правильной жизни.
Дурману и грибам дон Хуан приписывал силы иного рода. Он называл их «гуахо» — что
значит помощник, союзник. Колдун, овладевший гуахо, получает от него силу. Сам дон Хуан
отдавал предпочтение грибу. Это был его гуахо, которого он называл «дымком».
Дон Хуан хранил грибы в небольшой бутыли из тыквы, где они превращались в мелкий
сухой порошок. Целый год бутыль хранилась закрытой, затем дон Хуан смешивал порошок с
высушенными травами пяти видов и готовил курительную смесь.
Чтобы стать человеком знания, нужно было как можно чаще «встречаться» со своим
гуахо, привыкнуть к нему. Это значило: ученик должен довольно часто курить
галлюциногенную смесь. Курильщик вдыхал дым смеси и проглатывал не сгоревший до конца
грибной порошок. Поразительное действие гриба на способности восприятия дон Хуан
объяснял так: «гуахо лишает тела».
Обучение у дона Хуана требовало колоссального напряжения и так измотало меня, что в
конце 1965 года я вынужден был его бросить. Теперь, пять лет спустя, я понял, почему так
сделал. Учение дона Хуана стало серьезно угрожать моему мировоззрению. Я начал терять
присущую людям уверенность в незыблемости обычной реальности.
Оставляя учебу, я был убежден, что это навсегда и что больше я дона Хуана не увижу. Но
в апреле 1968 года, получив сигнальный экземпляр своей книги, я захотел показать ее дону
Хуану и поехал к нему. Каким-то непонятным образом наши отношения ученика и учителя
возобновились. Начался второй цикл обучения, заметно отличающийся от первого. Я избавился
от панического страха, характер обучения стал спокойнее. Дон Хуан много смеялся и шутил,
заражая смехом и меня. Возможно, он делал это нарочно, чтобы избегать чрезмерной
серьезности. Он дурачился даже тогда, когда было совсем не до смеха; это помогало мне
справиться с переживаниями, которые легко могли стать навязчивыми. Дон Хуан исходил из
того, что только в легком и податливом расположении духа ученик способен воспринимать его
уроки.
— Ты струсил и удрал, потому что возомнил себя важной птицей, — объяснил он мое
бегство. — Тот, кто думает о себе так, становится тупым, неповоротливым и тщеславным. А
человек знания должен быть легким и гибким.
Во время второго цикла обучения дон Хуан делал упор на то, чтобы научить меня
«видеть». Слова «видеть» и «смотреть» он четко различал по смыслу. «Смотреть»
соответствовало обычному восприятию мира; за словом «видеть» скрывался невероятно
сложный процесс, посредством которого человек знания постигал суть вещей.
Желая облегчить читателю знакомство со всеми перипетиями моего обучения, я сократил
Страница:
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
|
|
